Навигация Форума
Вы должны войти, чтобы создавать сообщения и темы.

Глава 33. Прогулка на грани

Предыдущая часть

Алёне от ужаса казалось, что она невыносимо долго открывает замок, что дверь открывается, словно она тяжеленная, сделана из камня, и двигается едва-едва, а сама она словно в ледяной, плотной воде кошмарного сна, когда бежишь, торопишься изо всех сил, но не получается успеть!

На самом деле, дверь распахнулась моментально, сама Алёна выскочила, только успев сунуть ноги в сапоги и схватить пуховик, правда, собаки были уже далеко внизу. Нажать кнопку домофона для них было плёвым делом!

Айка неслась впереди. Уж насколько Урс сильный и мощный пёс, но её подгоняло нечто сильнее инстинкта хранителя, любви и жажды помочь. Казалось, что это её щенок там, в той синей коляске, которую, увлёкшаяся перечислением недостатков дочери, Людмила выпустила из рук на спуске к пруду. Да, спуск не крутой, но от влажности покрывшийся тонким ледком, по которому так лихо заскользили колёса синей мальчуковой колясочки.

– Нет, ты представляешь? Она мне запретила эту погань от ребенка отгонять! Я ей говорю, мол, она же загрызть может… – Людмила излагала все подробности, потирая правой рукой замерзшую левую руку, держащую у уха смартфон. А когда хотела взять правой рукой ручку коляски, то схватила только ледяную пустоту. Недоуменно оглянулась и застыла от тошнотворного ужаса.

– Нееееет!!! – она отшвырнула смартфон, вместе с пиликающей что-то своё приятельницей, в снег и кинулась за коляской, уже понимая, что ей ни за что не успеть. Ограждение у воды совсем низенькое, и Стёпу просто выкинет в ледяную воду, ещё и коляской сверху накроет. Людмила в жизни так не бегала. – Нет! Пожалуйста, нет! Только не это! Господи, только не это!

Колено, так нелепо поврежденное в прошлом году, подвело, подвернулось, и Людмила рухнула вбок на пушистый белый снег.

И очень вовремя, потому что мимо промчались, нет, пролетели, почти не касаясь земли, две крупные собаки.

Айка догнала коляску первой и намертво вцепилась в нижнюю ось, она продолжала бежать за коляской, стараясь замедлить её. Урс чуть обогнал и начал подталкивать колясочный бок плечом, сдвигая его с обледенелой дорожки налево, в снег.

Рыдающая Людмила не верила своим глазам, увидев, что коляска с самым любимым для неё человеком на всей земле остановилась почти у загородки, завязнув в высоком сугробе, который устроили дворники, расчищавшие аллеи.

– Стёпка! – по спуску мимо пробежала Алёна в сопровождении ротвейлера. – Степашенька!

Перепуганный малыш гудел на одной ноте, а увидев маму и знакомые собачьи морды, начал длинно всхлипывать и вздыхать, словно осознав, что ему больше абсолютно нечего бояться.

Алёна положила сына в коляску, нагнулась и обняла разом и Айку, и Урса. – Хорошие мои, родные мои! Всё, я не плачу, нет, – три языка дружно слизывали слёзы. – Ой, мама!

Алёна развернула коляску и покатила её вверх по снежку, а добравшись до рыдающей Людмилы, начала её успокаивать.

– Как же это? Откуда они тут взззяяялиииись? – всхлипывала Люда. – Они же специально! Они специально бежали. Словно понимали, и будто соображали как сдеееелаааать!

– Мам, они чуют. Помнишь, я тебе про аварию на остановке рассказывала? Айка начала кричать и биться в дверь. Стёпка её человек, она его охраняет и чувствует, когда ему что-то угрожает. Ну, вставай. Нельзя так в снегу сидеть.

– Не верррююю! – Люда вытирала лицо рукавом, – Так не бывааааееет! Чего тебе надо?

Она сфокусировалась на Бэке, который тыкал ей что-то в руку. – Ой, смартфон...

Людмила шла, тяжело прихрамывая, по белоснежным, праздничным, чистым аллеям, судорожно вцепившись одной рукой в ручку коляски, в другой мёртвой хваткой зажав периодически звонивший гаджет. Растрёпанная, в расстёгнутом пуховике и запыхавшаяся Алёна, то нежно поглядывала на сына и гладила собак, а то с опаской смотрела на мать.

– Я ничего не понимаю. Получается, я ни-че-го не понимаю. Да?

– Выходит так... – негромко ответила Алёна.

– Как странно, – почти беззвучно прошептала Людмила.

– Ещё бы! Всю жизнь быть уверенной, что всё знает лучше всех, дрессировать под себя всю семью, кусать тех, кто хоть как-то не слушается, и оказаться самой-самой неправой! – проворчал Урс. И резко затормозил, потому что Айка, счастливая от того, что Степашка в безопасности, и они так вовремя успели, и так хорошо сработали, лизнула его в край губ, а потом кокетливо проскочила вперёд.

– Не отставай, хранитель! – она помахала хвостом и запрыгала около Алёниных ног.

А дома у открытой настежь двери их встречала бдительная и отважная Тенька.

– Ну, как вы? Успели? Всё хорошо? А я вас жду-жду! Дом сторожу! Никого не впускаю и не выпускаю!

– Да мы и не собирались... – начала было Мышка.

– Как же, как же... А кто хотел пойти и посмотреть? – наябедничала Тень. – Только я всё равно не пустила! И Рыжика тоже!

– Ну и чего ты ябииидничааааишь! – обиделся Рыжик по-кошачьи. – Я просто выглянуть хотел!

– Да тихо ты! А то мы кое-кого совсем с ума сведём! – рыкнул Урс, покосившись на Людмилу, которая от пережитого стресса едва ноги переставляла.

– Мам, ты посиди пока, ладно? Я Степашку быстро переодену и тебе помогу, – Алёна видела, что её мама как села на стул у входа, так и сидит, только покачивается слегка из стороны в сторону.

– Даааа... – протянула Люда. – Стой! Ты почему Стёпочку взяла, а собак тут оставила?

– Как почему? Лапы же не мытые!

– Стой! Никуда без них не ходи! Я сейчас... Как эти лапы моют? В чём их моют-то? Чтоб Стёпка без собаки не оставался! Разве ж можно лишать моего внука такого присмотра!

Урс только вздохнул. Нарисовавшаяся было перспектива улучшения его личной жизни таяла, как первый снег.

Когда семья собралась вечером дома, и об обстоятельствах прогулки узнали всё, реакция была довольно ожидаемой.

– Какое счастье, что они у нас есть! – выразила общее мнение Матильда Романовна, потихоньку вытирая взмокшие от ужаса ладони. – Какое счастье, что они успели! Как хорошо, что мы вместе!!!

 

Конец четвёртой книги.