Навигация Форума
Вы должны войти, чтобы создавать сообщения и темы.

9.2 Абсолютно снежная баба и разведение мужей

Предыдущая часть

Лёха давным-давно не лепил снежных баб, а тут Степашка начал возиться в снегу и так заразительно смеяться, что захотелось его ещё больше порадовать. Они катали снежные шары, причём малыш изо всех сил помогал. Потом присоединились взрослые, короче, снежная баба вышла быстро и на славу!

-Хто? – Степан-то просто катал снег, а оно взяло и собралось во что-то вполне определённое, правда, пока не знакомое.

-Стёп, это снежная баба! – представил ему новую личность Лёха. Для малыша он был непререкаемым авторитетом, но тут Стёпа усомнился.

-Баба?

-Снежная баба! Точно тебе говорю! Можем ещё сделать.

-Исё баба? - уточнил Стёпа при виде нового снеговика.

-Ага!

Степан покладисто покивал головой. Оно ж понятно. То – баба, это баба…

-Я вот не понял! – пожаловался Рыжик Урсу.

-Чего? – Урс радовался тому, что Алёне и Стёпке весело, да всем весело, а тут этот… вопросник ходячий.

-Ну, почему есть снежные бабы, снежные собаки, а вот снежных котиков нету? А?

-Какие ещё снежные собаки? – удивилась Айка, присматривая за дочкой – щенок нырял в сугроб и обрушивал его на себя.

-Ну, как же! Света вчера говоряла про Касю и остальных – если они не пойдут в дом, то станут снежными собаками, - Рыжик слышал всё и делал из этого всего выводы. Да не просто выводы, а выводы, потрясающие окружающих. Айка тут же потряслась, то есть встряхнулась, вытянула Аришку из сугроба, встряхнула её и погнала домой.

-Опять ничиго! Ничего важного мине не говоряют! Вон, снежные собаки бывают, а я и не знал! – Рыжик пристал уже к Бэку.

-Это обычные собаки, но в снегу. Выражение такое! – фыркнул на липучку Бэк и отправился уточнить, что именно закапывает Мышка.

-То есть в снегу собаки превращаютися? – догадался Рыжик. - Ой, а вдруг и котики тоже?

Он торопливо выбрался из снега и, старательно отряхивая лапы, заторопился домой.

К вечеру приехали родители Алёны и Светы.

Пока поздравляли и вручали подарки, всё было замечательно, а вот потом…

-Ну, что это за убожество! – Людмила сердито осматривала обстановку Светиного дома. – Мебель эта неполированная. Как лавки в деревне!

-Мааам, спасибо за отопление! – Светлана улыбнулась отцу и даже усилие сделала, чтобы не поскандалить с мамой.

-Пожалуйста… Но этот твой муж и Лена с бабушкой! Ну, почему они со мной не посоветовались? Сейчас можно купить отличную стильную мебель, а не эту сосновую дешевку!

-Мам… это натуральное дерево, а не ДСП с химией. Мне нравится.

-Фигня какая-то! Вот у моей сотрудницы дочка купила гарнитур…

-Мам… МНЕ НРАВИТСЯ ЭТА МЕБЕЛЬ! – Светлана давно достигла такого уровня развития голосовых связок, что могла бы перекрыть рёв небольшого реактивного самолёта. А тут она реально оскорбилась за свой драгоценный дом! Она никогда в жизни так хорошо не просыпалась и никогда не была такой расслабленно-счастливой. А матушка чего-то высказывает и ОБИЖАЕТ её домик?

Спас ситуацию Иван. Оценив сближение двух ураганных фронтов, он ловко увёл тёщу, предложив ей посмотреть кладовку с разными советскими вещицами, которые ему удалось отыскать в доме.

Светин отец разумно убрался к Лене, не собираясь попадаться под руку гневающейся жене. Ему и дом, и мебель очень понравились. Вечером они уехали, но через день Людмила вернулась. Уже без мужа и в таком настроении, что к ней и подходить было страшновато.

-Всё! Всёёёё. Закончились мои силы! – начала она ещё у калитки. – Я всю молодость на него потратила! Всё здоровье на него убила. Я больше не хочу!

-Мам, вы поссорились? – осторожно уточнила Алёна, радуясь, что издалека увидев маму в окне второго этажа, успела спрятать подальше клетку с крысом Сусликом. Только и успела она достать клетку зверушки после приезда родителей, а тут – нате вам, шок-визит!

-Мы поссорились? - патетически возопила Людмила, воздев руки к небу. Подобные жесты ей всегда удавались отлично. – Мы не поссорились, я с ним развожусь! Да! Развожусь с мужем!

-Развод? - Марина Сергеевна, вышедшая на крыльцо встретить нежданно вернувшуюся дочь, подняла брови.

-Разводить мужев? – тихонько пробормотал Рыжик. – Котиков разводят, я знаю, а мужев зачема разводить? Одного мужа не хватило и ей надо несколько муж? Так она и на одного ругаитися! Аааа! Понял! Она боитися, что один энтого не выдержит, и хочет каждого ругать помаленьку, помаленьку!

Он выскользнул за Мариной и уже благожелательно осмотрел такую умную, предусмотрительную и заботливую Людмилу. – Какая она хорошая, оказываивается!

-Баба! – радостный Степашка поспешил к бабушке Людмиле, а она тут же убрала с лица зверское выражение, спрятала когти, клыки и стремление кого-нибудь разорвать на множество клочков и разметать по чисту полю…

-Ззззайчик мой! Фсё! Фссссёёё, теперь ты будешь единственным мужчиной в моей жизни! Теперь мои интересы – доченьки и внучочек!

Алёна с тихой паникой покосилась на Марину Сергеевну. – Так вот ты какой… пушистый северный зверёк! – подумалось ей…

-Не дрейфь, прорвёмся! – тихо сказал ей на ухо Павел. – А ты, кстати, куда Суслика убрала?

-Я не позволю крысёнка мамой пугать. Ему и так в жизни досталось! – так же тихо ответила Алёна.

-А может, ему понравится…

-Неее, это вряд ли!

-Ба-ба! – Стёпка не для того позволил на себя комбинезон натянуть, чтобы на крыльце топтаться. – Ба-баааа! - он тыкал ручонкой в сторону снежных баб и целенаправленно упираясь, тянул туда Людмилу.

-Ах, ты мой умник! Конечно! Баба лучше деда! – Людмила, погруженная в свои переживания, почти машинально начала помогать внучку, скатывающему снег в очередной шар.

Рыжик, задумавшийся о разведении мужей, убрался в дом. С некоторых пор снег он побаивался. – Кто знает, что происходит, если котик становится снежным котиком… - рассуждал он. –И мужи эти… как они разводятся-то?

Он уселся на подоконнике и наблюдал за приготовлениями к обеду, а потом покосился в окно и завопил.

-Баба! Баба стала снежнооооой! – все его подозрения по поводу коварства снега полностью оправдались! Людмила исчезла, а вместо неё у дома стояла снежная баба. - Теперя мужа она не разведёт! – это прозвучало как прощальный реквием по всем Людиным помыслам одновременно. – Так он и останется один-одинёшинек, безразводный!

 

Продолжение