Навигация Форума
Вы должны войти, чтобы создавать сообщения и темы.

66. Настоящая голубятня

Предыдущая часть

Владимир шел дарить подарок и сомневался в себе до последнего. Во-первых, подарок был для него чрезвычайно непривычным, а во-вторых, его увязались сопровождать почти все домочадцы кроме мамы и кошки Мауры.

– Фёдор, ну ты-то куда идёшь? – не выдержал Владимир, обнаружив кота, вышагивающего параллельным курсом.

– Как куда? Проконтролировать! За вами же не проследишь, как чего-то натворите, чего-нибудь намявлите… И будет мне за тебя потом стыдно до фырррка, а у меня там кошка любимая! – Фёдор насмешливо покосился на сопровождаемого.

– Ладно… Котам позволено всё, даже смотреть в глаза королеве, а вы все куда увязались? – уточнил он у сына и Тима.

– Как куда? К Нине в гости! Ей Пашка и Полина какой-то свёрток попросили передать, вот я и иду. А Тим со мной за компанию. Тем более, что там теперь голуби есть!

– Какие ещё голуби? – изумился Владимир.

– Белые! Вчера Лизе на свадьбу голубей подарили. Помнишь, та странная тётка Вика, которая к тебе липла? Ну, вот, она преподнесла голубей и цветы, которые растут из стенки. Цветы упали, точнее, Крок и Дил ловили Глашку и всё уронили, а голуби тётку это… удобрили… Короче, подарок не удался. Но птицы-то живые, Лизе их куда девать? – Мишка рассуждал солидно, по-взрослому. – Лиза пофоткала их и послала своим знакомым голубятникам, но они взять отказались. Во-первых, непонятно, откуда птицы, а ну как больные какие-то и их голубей перезаразят, во-вторых, они не очень породистые, короче, не подходят для настоящих голубятен.

– А Нине подходят? – мрачновато уточнил Владимир.

– Бабушка говорит, что есть такие люди, которые как чья-то последняя надежда. Вот, наверное, Нина из таких. Это не я говорю, а бабуля! – заторопился Мишка. И продолжил, – да у неё и выбора-то особо не было – Лиза говорит, что в шоке была, когда Нина пришла её поздравить, а к ней голуби сами полетели!

Владимир только головой потряс, осознав, что это, вполне возможно, диагноз и называется он «девушка с приданым». А в приданом может быть десяток кошек, собаки, голуби… – Кто там к ней ещё приблудится… – проворчал он, не сообразив, что говорит вслух.

– Да кто угодно! – радостно отозвался Мишка. – И это здорово!

– Ну, если ты так считаешь… – уже за один восторг Мишки, можно было не то что с голубями, с голошеими грифами смириться. Владимир не помнил, чтобы Мишка хоть долю такого же воодушевления испытывал по отношению к Нике. – Но ты ж её совсем не знаешь, – немного поддел он сына, дойдя до Нининой калитки.

– Почему? Мне ПП про неё кучу всего рассказывали! – Мишка придержал Тима, рвущегося поприветствовать старшего собачьего коллегу. – Слушай, а ты уверен, что ей эта самая штука понравится? – он кивнул на чехол, в котором отец нес немецкую швейную машинку.

– Не очень, если честно! Я никогда девушкам такое не дарил, – признался отец. – Но я с такими как Нина раньше и не общался… Так что, может, и прокатит. Тем более, что эта вроде самая-самая крутая. Специально проконсультировался, какую заказывать, да ещё сколько она доставлялась! – он покрутил в руках увесистый агрегат с кучей каких-то дополнительных функций и надстроек.

– Ну, будем надеяться! – солидно кивнул Мишка. Он за прошедшее время о Нине узнал столько, что вдруг ощутил, что с ней хорошо знаком.

Нина приняла от Мишки свёрток, переданный племянниками, а потом недоуменно осмотрела машинку. – Подарок? Мне?

– Ну, да. Ты же нам на Рождество подарки дарила и перчатки… – объяснил Владимир. – Только вот не надо про то, что это пустяк!

– Да она же дорогая! Она непомерно дорогущая! Ой, а к ней столько всего… – у Нины загорелись глаза, – только… Только это слишком…

– Нин, я тебя прошу, давай не будем! Я же не стал говорить, что твоя работа эксклюзивна, очень дорого стоит и поэтому я её не приму!

– Тем более, что машинке у вас будет хорошо! – проницательно заметил Мишка, который углядел, как Нина погладила чехол подарка – как что-то живое. – А вот голуби у вас где?

– Голуби у меня везде! Периодически на моей голове, а так… Где им вздумается. Это безобразие, конечно, но я уже подрядила соседа обустроить им голубятню на чердаке, так что надеюсь, что это временно. А вот где они сейчас. Погоди! Гнусь! Гнууусь! – с лестницы второго этажа выглянул чёрный кот, и Нина кивнула на него, – во, опять на второй этаж залетели. Сходи, сам посмотри, – вздохнула Нина, кивнув Гнусю. – Умник ты мой! Есть фейсконтроль, а он – клювоконтроль. Трогать не трогает, но все перемещения отслеживает. Они его, по-моему, страсть как развлекают!

Мишка полез вверх по лестнице, а Нина снова повернулась к машинке. – Володя, спасибо тебе большое! Я о такой даже не мечтала.

Она ловко распаковала подарок и проводила пальцами по её спинке с таким видом, словно это какое-то сокровище.

Владимир только улыбался. Он и Яне, и Нике дарил много чего, но за швейную машинку, пусть даже дорогую, жёны его медленно и изощренно прикончили бы. А чудачка Нина в реальном и самом настоящем восторге!

Мишка обнаружил голубей на подоконнике.

– Красивые-то какие! Белые… – он уселся на стул подальше, чтобы их не пугать, но голуби попались общительные и решительно перелетели поближе к нему. – Ой, да вы и не боитесь… Надо было вам какой-то корм у Нины попросить.

Он и за кормом смотался, почему-то чувствуя себя в этом доме вполне спокойно и уверенно, и успел накрепко с птицами подружиться, пока его отец изумленно наблюдал, как Нина опробует подарок.

– Никогда бы не подумал, что это красиво – когда она так занята, и как голову наклоняет, примеряется, чтобы лучше сделать, и в технике этой разобралась в два счёта, и ведь заработало всё моментально. Как всё непохоже… – да, Нина и близко не могла сравниться по красоте да ухоженности с Мишкиной матерью или Никой, но у него уже появилось что-то новое, интерес к самой Нине, к тому, что она делает, что рассказывает, как живёт…

– Ну, вооот, совсем другое дело! Твой подопечный что-то начал понимяяять! – сладко потянулся Полосатость, прикидывая, а нельзя ли перебраться к этому самому подопечному на плечи и устроиться там. – И вообще, он уже смотрится в доме как свой кот!

– До кота пока не дотягивает… – поскромничал Фёдор, принимая комплимент как должную оценку его, Фёдоровским усилиям по правильному людовоспитанию. – Но определённые успехи делает!

– Да, кстати, мама тебя приглашает на чай и какой-то суперпирог, навеянный твоей машинкой! – хмыкнул Владимир.

– Забавная характеристика пирога, – рассмеялась Нина, осознав, что почему-то визит к соседям больше не вызывает у неё никаких опасений, словно это правильно – зайти на пирог к маме мужчины, который за тобой ухаживает. Он же ухаживает, да? Да! Точно ухаживает, и ей это нравится. И Мишка у него славный, и Людмила кажется давно знакомой и какой-то… своей, что ли…

– Я в женской логике ничего не смыслю! – признался Владимир, покаянно покивав головой. – Поэтому, честно спросил, что в немецкой фиговине, ой, прости-прости, машинке, может навести на мысль о пироге? Оказывается, страна происхождения! У мамы была японская швейная машинка, и когда она увидела эту машинку, то вспомнила про свою и тут же опробовала какой-то японский рецепт… Так что пошли. Ну, если, конечно, сможем оторвать моего сына от птиц. Кто бы знал, что два белых голубя вызовут у него такой восторг.

– Это не просто голуби, а абсолютно ручные, даже наручные птицы. Кошки с крыльями и забавной логикой. Они успели побить Гиря крыльями, обругать Чудь Болотную, покорить Гнуся своими странными манерами – он постоянно ждёт от них очередного безумства и его это явно веселит.

– А твой кошачий глава к ним как относится?

– Полосатость? Терпит. А вот они его возлюбили и ходят, воркуют чего-то кругами. Короче, видимо, подобное притягивается к подобному. У меня ни одного обычного животного почему-то не завелось, всё какое-то чудное, куда ж этим бедолагам было деваться? – рассуждала Нина, пожимая плечами. – Таким же тоже нужно какое-то убежище! Ты что?

Владимир рассмеялся. – Ты права! Как ты права в том, что подобное к подобному! А посему пошли отрывать Мишку от твоих убежищных голубей, пить чай и есть японский пирог!

И они пошли! Правда, какое-то время Нина пыталась убедить Гиря и котов оставаться дома, но на их сторону стала принимающая сторона, так что в гости шли в расширенном составе, оставив на хозяйстве голубей.

– Как ты уговорил их не вылетать за Ниной? – заинтересовался Фёдор, догнав важного Гнуся.

– Я им сказал, что на них охрана нашего убежища, а мы пока сходим на разведку в соседнее! Они вообще-то не дураки! – с некоторым изумлением отметил Гнусь. – Сказали, что ни один воробей мимо не пролетит, потому как голубятня – это святое!

– Голубятня… – хмыкнул Полосатость, явно не соглашаясь с мнением Гнуся о том, что голуби не глупы. – Птицы… мозгов даже меньше, чем у мышей!

– Да вовсе нет! Просто свой дом каждый называет по-своему. Главное, чтобы он был настоящим, тёплым и безопасным, вкусным и радостным, – Фёдор точно это знал, каким должен быть настоящий дом. – И чтобы в нём тебя очень-очень ждали. Изо всех сил и всегда! Вот как нас!

 

Конец третьей книги.